1

Тема: Волжское – Старая Грязнуха: Затопленная история

Материал с сайта ulgrad.ru

Волжское – Старая Грязнуха: Затопленная история

Село Старая Грязнуха… Старинное поселение, в котором находился один из самых старинных храмов современного Старомайнского района – Николаевский, возведённый в 1712 году (конечно, впоследствии он не раз перестраивался). Оно относится к разряду сёл, об истории которых сохранилось до обидного мало сведений. Почему? Да потому, что и самого села нет уже 60 лет, а в новом селении Волжское (первые годы после переселения жители по старой памяти называли его Грязнухой), в которое переехали бывшие жители Старой Грязнухи и близлежащей деревни Новая Грязнуха, осталось только два старожила. Остальные или умерли, или разъехались.

Село Волжское – вымирающее, здесь сейчас живут преимущественно дачники, да и то в основном летом. Даже в капитальном труде старомайнского краеведа Ю.Н. Мордвинова ему посвящены всего лишь три листа текста. И это одно из немногих сёл, по которому так и не удалось найти хотя бы одной фотографии до 1955 г. Правда, зато в Национальном архиве Республики Татарстан я обнаружил уникальный документ – чертежи проекта Николаевского храма 1887 года! Но подробнее об этом позже.

Итак, село Волжское (до 1955 г. Старая Грязнуха) находится на берегу Куйбышевского водохранилища, в 8 км к северу от районного центра Старая Майна (по прямому водному пути, а по сухопутной дороге 42 км). Оно входит в состав муниципального образования «Жедяевское сельское поселение» (Ульяновская область). С 1861 по 1920 гг. относилось к Жедяевской волости Спасского уезда Казанской губернии (с 1920 по 1943 гг. – к Мелекесскому и Старомайнскому районам Самарского (Средневолжского, Куйбышевского) края (области).

Расположение Волостниковки и Волжского на границе Ульяновской области и Республики Татарстан (если брать современные административно-территориальные понятия) и переход из состава одной территории в другую и обратно привели к тому, что документы по этим сёлам откладывались в разных региональных архивах. Другое дело, что документов до настоящего времени дошло очень мало. Так, в Государственном архиве Ульяновской области село отрывочно упоминается в документах преимущественно 1930 – 1954 гг. (4 дела). Клировые ведомости Николаевской церкви за 1815 – 1910 гг. хранятся в Национальном архиве Республики Татарстан.

Согласно уникальному документу, обнаруженному в Российском архиве древних актов, село Никольское (Грязнуха) появилось в 1670-е гг., а в 1716 г. в нём у 4 владельцев (среди них А.А. Головкин, видимо, родственник известного политика Г.И. Головкина, основателя с. Головкино (Урень) было 7 дворов и 84 крепостных. По данным Ю.Н. Мордвинова, его основали в 1674 г. выходцы из Нижегородского уезда.

В ходе работы по проекту «Культурное наследие зон затопления Куйбышевской и Саратовской ГЭС на территории Ульяновской области» мне удалось два раза побывать в Волжском – в марте и июле 2014 г. Большую помощь в поиске исторических сведений оказали местные жители, в частности Светлана Николаевна Чуваева и бывшие обитатели сёл Старая Грязнуха и Новая Грязнуха – Владимир Иванович Маслов (последний житель Новой Грязнухи, живущий в Волжском), Зоя Васильевна Калачёва и Анатолий Алексеевич Зубарев.

В современном селе есть пять улиц: Лесная, Отрадная, Прибрежная, Полевая и Юбилейная. История Волжского (Старой Грязнухи) в них не отражается никак. Печальна демографическая статистика села. В 1795 г. в нём было 65 дворов и 447 душ, в 1897 г. – 88 дворов и 408 жителей, в 1959 г. – 482 человека, и в 2014 г. – 28 дворов и 57 жителей, а также 26 дачных построек и в них 53 человека. Коренные обитатели Волжского – носители культурных традиций и исторической памяти о Старой и Новой Грязнухе, скоро исчезнут. Нужна ли будет дачникам история села?

Грязнухинские артефакты
Свидетельства о древней истории местности весьма отрывочны и противоречивы. Самые ранние из них относятся к концу XIX – началу XX в. В VI томе (Среднее и Нижнее Поволжье и Заволжье, 1901 г.) полного географического описания России указывалось: «Между сёлами Старой Грязнухой (500 ж. – жителей – Е. Б.) и Новой Грязнухой (400 ж. – жителей – Е.Б.) находилось древнее городище». Древности отмечались и в окрестностях близлежащих селений: Маклашеевки (татарское городище, где обнаружен клад арабских монет X – XI вв.), недалеко от Зеленовки нашли металлическое восточное зеркало, и т.д.

Перед затоплением села, в 1930-е и 1950-е гг. археологическая экспедиция под руководством А.В. Збруевой выявила и обследовала поселение «Старая Грязнуха» (находилось у южной околицы села), датируемое концом II – началом I тыс. до н.э. Интересно, что особенности найденной керамики позволили отнести этот памятник к числу одного из немногих объектов приказанской культуры позднего бронзового века в Ульяновском Поволжье. А орудия из кремня могли принадлежать и более раннему времени.

В официальном списке памятников археологии Старомайнского района (распоряжение Главы администрации Ульяновской области от 29.07.1999 г.) Комитета Ульяновской области по культурному наследию сейчас содержится 4 объекта в районе Волжского: 1) поселение «Грязнуха-1» (3-я четверть I тыс.); 2) поселение «Грязнуха-2» (3-я четверть I тыс.); 3) поселение «Грязнуха-3» (3-я четверть I тыс.); 4) поселение «Грязнуха-4» (3-я четверть I тыс.). Все эти одновременно существовавшие памятники располагаются на расстоянии от 600 м до 3 км от села и относятся к позднему именьковскому и раннему болгарскому времени, когда происходило слияние местного славянского и финско-угорского и пришлого тюркского населения.

Думаю, нельзя не упомянуть и о таком значительном памятнике, как так называемое Старомайнское (Грязнухинское) городище. Несмотря на название, оно находится ближе к современному селу Волжскому (около 2 км) – преемнику бывшей Старой Грязнухи, чем к Старой Майне. На городище работало несколько археологических экспедиций (1939, 1954, 1961), но самые масштабные раскопки производились экспедицией Самарского государственного университета под руководством Г.И. Матвеевой в 1984 – 1987, 1990 – 1991 и 2005 гг., причём в итоге было изучено более 2500 квадратных метров культурного слоя. Отмечу, что оно упоминается в «Памяти Макарию Кисловскому» 1659 г., статье С.М. Мельникова (1859), книге К.И. Невоструева (1871) и трудах других, более поздних исследователей.

Г.И. Матвеева рассказывала: «Четырнадцать веков назад на мысу, расположенном в 2 км к югу от деревни Грязнуха, стояла небольшая, надёжно защищённая крепость. Площадка мыса со всех сторон была обнесена высоким бревенчатым частоколом, а с северной стороны защищена четырьмя высокими валами и четырьмя глубокими рвами, которые хорошо заметны по сей день. Подобные крепости служили для укрытия в случае нападения врагов». Не так давно там был найден объёмный древнерусский медный крестик с шариками на концах предположительно XII-XIII вв. Также памятник интересен тем, что на его территории раскопано несколько длинных прямоугольных домов (длина до 12 м), которые пока не найдены ни на одном из известных именьковских поселений. Вероятно, они служили жилищами для больших патриархальных семей либо являлись общественными зданиями. Аналогии таких построек известны у германцев и западных славян.

После многих лет изучения стало ясно, что Старомайнское городище, расположенное напротив современной Старой Майны, являлось одним из важнейших городищ данного района, крупным племенным центром именьковского времени, а позже – болгарского. Вокруг него находились неукреплённые поселения, жители которых занимались земледелием, скотоводством и рыболовством.

До нашего времени в Старомайнском районе дошла легенда о нашествии иноземцев. Когда здесь жили древние племена, их земли решил завоевать хан Батый. Но сражение он проиграл, и многие воины из его войска попали в плен. За каждого бойца Батый предложил мешок золота или серебра, но победители потребовали барана за каждого пленника. Завоеватель рассердился на то, что его войско сравнивали со стадом баранов, и вновь напал на эту территорию, но так и не смог захватить её. Как знать, не связана ли средневековая крепость (Старомайнское городище) с этой легендой?

Почему Грязнуха, да ещё и старая?
Происхождение названия села не вызывает вопросов. Совершенно очевидно, что оно происходит от вязкой, топкой местности или реки. По мнению авторитетного историка В.Ф. Барашкова, Грязнухой часто назывались небольшие реки с вязкими берегами и грязной, мутной во время дождей водой, а по ним и некоторые селения. Кроме ныне затопленных Куйбышевским водохранилищем села Старая Грязнуха и деревни Новая Грязнуха Старомайнского района на территории современной Ульяновской области так в прошлом называли село Приморское (Мелекесский район) и село Луговое (Ульяновский район). По воспоминаниям старожилов, рядом с селом и церковью протекала речка Грязнушка, а в сторону Волги местность понижалась, поэтому была болотистой, сырой и топкой, особенно после дождей. Думаю, что грязь в этих местах фактически являлась синонимом плодородия.

Но почему Грязнуха – старая? На карте Спасского уезда Казанской губернии начала XX в. (и других дореволюционных) село обозначено как «Никольское Грязнуха». Первое название – по Николаевскому храму. Здесь надо напомнить, что рядом с селом находилась деревня Новая Грязнуха – по той же карте – «Выселок села Никольского». Если село известно как минимум с 1674 года, то деревня – примерно с начала XIX века. Ю.Н. Мордвинов писал: «Интересно, что Поливанову (один из владельцев села – Е.Б.) что-то не понравилось в селе, и он переселяет своих крестьян на другое место, образовав выселок, названный по селу Никольским (Новую Грязнуху), потому основное село Грязнуха с начала 19 века стало называться Старой Грязнухой…». Тем не менее, на картах эти новые названия стали отображаться уже после 1917 года.

Забытый храм: «Благовествую земле радость велию, хвалите небеса Божию славу»
Долгое время я не мог найти изображение Николаевской церкви, стоявшей на окраине села у реки Грязнушки. Кропотливые поиски в архивах, музеях и фотоальбомах бывших жителей села не приносили результата. Но во время работы в Национальном архиве РТ мне удалось обнаружить чертёжи проекта деревянного храма на каменном фундаменте 1887 года. Однако было известно, что в 1906 г. в селе построили новую каменную церковь во имя Николая Чудотворца. Почему же проект деревянного храма, одобренный строительным отделением Казанского губернского правления, так и не состоялся? Этот вопрос частично прояснился во время поездки в Волжское в июле 2014 г., когда я разыскал там бывшего жителя Старой Грязнухи Анатолия Алексеевича Зубарева. Мне исключительно повезло, так как в 81 год он не только сохранил хорошую память, но и в молодости жил около церкви. Поэтому, посмотрев на распечатанную копию проекта, Анатолий Алексеевич сразу определил, что он совпадает с внешним обликом каменного храма.

По неизвестной нам причине, проект 1887 года переформатировали под каменный храм, сохранив при этом основные архитектурные черты сооружения. Неясно, построили всё-таки новую деревянную церковь (по архивным документам, в 1890 г. её перестраивали), или же просто подновили старую, а затем решили возводить кирпичную по старому проекту. А.А. Зубарев вспоминал, что церковь была сложена из красного кирпича, белёного, без штукатурки. Бывший житель соседней Новой Грязнухи В.И. Маслов рассказывал: «В Старогрязнухинском храме перед затоплением находился склад зерна, я туда заходил – она была пустая. Кирпич от церкви пошёл на фундаменты домов и силосные ямы в новом селе (Волжском – Е.Б.). Храм взорвали в 1953 или 1954 году. Вода стала прибывать осенью 1956 г. Когда я в 1958 г. приехал из армии, уже была вода». По сведениям З.А. Калачёвой, жившей в Старой Грязнухе, «на окраине селе была церковь – хорошая, три купола, возле неё находилось кладбище, а позади – речка. В церкви всё разорили ещё до затопления, икон уже не было. Нас сюда выселили (в Волжское – Е.Б.) в 1953 году, а церковь взорвали после нас. Говорят, что просверливали стены, куда закладывали взрывчатку. Из нашего села было видно Головкинскую церковь». За неимением других изображений и свидетельств пока остаётся довольствоваться тем, что есть.

Первую однопрестольную деревянную церковь во имя Николая Чудотворца построили в 1712 году, через 38 лет после основания поселения выходцами из Нижегородского уезда. В 1750 и 1890 годах храм перестраивали и ремонтировали. В 1842 г. в его клир входили священник Александр Дмитриев Предтеченский и дьячок Павел Стефанов Лентовский, а в 1858 г. – священник Василий Яковлев Смелов и дьячок Иван Голосницкий.

В Национальном архиве Республики Татарстан хранится уникальный документ по истории Николаевской церкви – её главная опись, сделанная в 1899 году. Она интересна не только описанием существовавшей на этот момент деревянной церкви, покрытой железом и обшитой тёсом, длиной 19,2 м и шириной 6,4 м (с восемью окнами, двумя дверями, одной печью, без стенной живописи и т.д.), но и упоминанием строящейся новой каменной с железной крышей, длиной 32 м и шириной 21,4 м (по длине в 1,7 раза больше прежней, а по ширине – в 3,3 раза), с двадцатью окнами, четырьмя дверями, трехъярусной колокольней и двумя железными вызолоченными крестами. Деревянный храм был обнесён деревянной оградой на каменном фундаменте, а также имел 5 колоколов. Только на самом большом из них указывался вес (32 пуда 20 фунтов, или 533,2 кг) и содержались надписи следующего содержания: «завода Саратовских купцов, в городе Саратове братьев Гудковых, мастер Василий Кеменев, 1881 года» и «Благовествую земле радость велию, хвалите небеса Божию славу; благовестите день ото дня спасение Бога нашего; возлюбих благолепие дому твоего и место селения славы Твоея». Кроме того, на колоколе сверху были изображены херувимы, в середине – Божья Матерь, святитель Архангел Михаил и святители бессребреники Косьма и Дамиан.

При описании алтаря храма отмечалось, что он покосился от давности, а шёлковый жёлтый антиминс (четырёхугольный платок – Е.Б.) на престоле был освящён в 1885 г. Высокопреосвященнейшим Палладием, архиепископом Казанским. Там же находилась икона Тихвинской Божией Матери, а на горнем месте – икона нерукотворного образа Спасителя и другие предметы культа. Всего в алтаре насчитывалось 17 икон. В предалтарном трёярусном икононостасе, украшенном вызолоченными карнизами и резьбой, имелось 15 икон, в том числе весьма древняя икона Пророков с 4 ликами и стёршимися надписями. В других местах висели 27 икон, причём некоторые отличались древностью и богатым оформлением. Также в описи упоминаются 9 лампад, 12 подсвечников, 1 паникадило, 2 аналогия, 9 напрестольных крестов, 17 различных богослужебных сосудов, 32 наименования дарохранительниц и сопутствующих предметов, 4 кадила и другая обрядовая утварь. В ризнице хранились 6 Евангелий, самое старое из которых отпечатали в 1694 году в Москве, а остальные – в период с 1875 по 1896 годы. Особый интерес вызывает опись книгохранилища, в которую входили: 1) одна Библия; 2) богослужебные книги: Праздничная минея 1767 г. и 3 писания святых отцов; 3) 14 книг духовного содержания; 4) периодические издания: журнал «Православный собеседник» за 12 лет (1863 – 1899 гг.), Церковные ведомости за 1889 – 1899 гг., Известия Казанской епархии за 1868 – 1899 гг. и т.д. Кроме того, в церкви находились метрические книги за 1782 – 1899 гг., духовные росписи за 1828 – 1899 гг., клировые ведомости за 1829 – 1899 гг. и другие документы. Жаль, что из всех перечисленных культурных ценностей до нас дошли лишь крохи…

Через 194 года после сооружения первого храма, в 1906 г. на средства прихожан построили новую однопрестольную каменную церковь, что говорит о неплохом благосостоянии сельчан в начале XX века. Должность священника исполнял Гаврила Александрович Троицкий.

Следующие документы по церковной истории Старой Грязнухи относятся к 1930 году. В апреле властями было решено снять с Николаевского храма 5 колоколов общим весом 1710,5 кг. В это время в нём числилось два служителя. Вскоре по постановлению Старомайнского райисполкома от 15 мая, по причине неуплаты страхового сбора в размере 544 рублей 82 копеек его закрыли. Однако верующие жители села активно боролись с произволом властей. 22 июня 1931 г. члены президиума районного исполкома слушали ходатайство Старогрязнухинского церковного совета о разрешении открыть церковь. В итоге они постановили возвратить её сельскому обществу верующих, предложив сельскому совету сдать здание и культовое имущество согласно имеющейся описи в аренду. Когда окончательно закрыли храм, установить не удалось, но в 1935 г. в Старомайнском районе действовали только две церкви – Александро-Невская в Старой Майне и Знаменская в Волостниковке.

Одно из последних упоминаний о Николаевском храме содержится в протоколе заседания Старомайнского исполкома за 11 февраля 1952 г., на котором обсуждался вопрос о передаче здания бывшей церкви в с. Старая Грязнуха районному пункту «Заготзерно»:

«Кирпичное здание бывшей церкви в селе Старая Грязнуха попадает в затопляемую зону, в связи со строительством Куйбышевской ГЭС и подлежит сносу.
Учитывая большую потребность в строительных материалах Старомайнского пункта Заготзерно, складские помещения которого переносятся из затопляемой зоны… на новую площадку, исполком районного Совета депутатов трудящихся решает:
1. Передать кирпичное здание бывшей церкви в селе Старая Грязнуха, подлежащее сносу… Старомайнскому пункту Заготзерно для разборки и использования кирпича и щебня, как строительного материала, при переносе складских помещений из затопляемой зоны на новую площадку.
2. Просить исполком ульяновского областного Совета депутатов трудящихся утвердить настоящее решение».

Но позднее, в августе 1953 г. районные власти решили с целью обеспечения Старомайнского участка треста «Ульяновсксельстрой» кирпичом для переноса и нового строительства зданий школ, медицинских, культурно-просветительных и других учреждений передать ему бывшее церковное здание в с. Старая Грязнуха для разборки на кирпич.

Новая жизнь села?
В начале 1952 года жители Старой Грязнухи узнали о том, что их село попадает в зону затопления Куйбышевской ГЭС, и на его месте в 1957 г. будет плескаться рукотворное море.

В феврале 1952 г. Старомайнский райисполком постановил: «Села Старая Грязнуха (колхоз имени Калинина) и Новая Грязнуха (бригада колхоза имени Калинина)… переселить на новую площадку, как населенные пункты, в которых находятся бригады одного укрупненного колхоза имени Калинина». Но, судя по всему, сельчане отказались переселяться на новые земли около деревни Арчиловки, и решили поселиться в урочище «За порубом» – там, где сейчас находится Волжское. Причём мнение жителей Старой и Новой Грязнухи было единодушным, а постановление общего собрания от 21 декабря 1952 г. было утверждено райисполкомом, что в то время случалось редко. Впрочем, по архивным данным жители должны были переехать в посёлок Волжский (сначала новый хозяйственный центр назывался Старая Грязнуха), деревню Арчиловку и село Базарно-Мордовский Юрткуль. Председателем сельсовета в эти трудные годы был Владимир Иванович Авдеев.

По словам А.А. Зубарева, в Старой Грязнухе в начале 1950-х гг. был сельский совет, школа, два магазина, клуб и фельдшерский пункт. В архивных документах в селе указываются 15 каменных зданий (в Новой Грязнухе стояло семь каменных домов), в том числе здания сельсовета, клуба, кладовой и частные, а также начальная школа (деревянная, перенесли в 1953 г.), сельский совет, медпункт, родильный дом и магазин Волостниковского сельпо.

Зоя Александровна Калачёва вспоминала: «В Старой Грязнухе было несколько улиц, основная – улица Большая, ещё «Ктора» («Хутора»?), Зады. Село большое, в длину около 1,5 – 2 км, народу жило много – около 600 человек или больше. Сельсовет и правление колхоза располагались в отдельных каменных зданиях. Из села ходили на остров на Волге за ягодами (примерно за 2 км), шиповником, гоняли туда скотину. Рядом текла речка Грязнуха, было два озера – Большое и Грязнушка. Условия были хорошие, местность замечательная – рядом располагались луга, лес, ягоды. Не знали, что такое ветер (особенно в Новой Грязнухе), рыбы ловили много – работала специальная рыболовецкая бригада, много озер. Вот чем было знаменито село! В нём находились каменная мельница (паровая, построена до революции), масло били, две школы – на одном конце каменная, на другом – деревянная, для того, чтобы ребятишкам ходить было недалеко, ведь село длинное. Учились в них 4 класса, потом учились в Старой Майне. Было развито пчеловодство, рыболовство и обычное хозяйство – все держали много скотины. Переселили нас в голое поле, за лес, в так называемое «рыбацкое поле», отсюда до Новой Грязнухи – 4 км, до Старой – 6 км. Это было решение жителей села – поселиться в одном месте, поближе к затопленным селениям. Жили дружно, ни воровства, ничего такого не было, никто скотину не трогал». Ещё в начале 1990-х гг. в Волжском были школа, столовая, пекарня, клуб и производство (фермы), сейчас же не осталось ничего…

Существовала и проблема выбора населённого пункта, в который надо было переехать. В основном они определялись в директивном порядке, без учёта мнения переселенцев. Поэтому многие из них самостоятельно уезжали в другие поселения, иногда даже в другие республики, не желая жить вблизи разорённых родных мест.

Заместитель председателя Старомайнского райисполкома в декабре 1952 г. направил председателю Грязнухинского сельсовета письмо следующего содержания: «За последнее время имеют место случаи переселения из затопляемой зоны… членов колхозов не в указанные планом населенные пункты, а по выбору самих переселяющихся, чем грубо нарушается установленный… порядок. При этом сельские советы без всякого основания разрешают вселяться указанным гражданам, отводят им площадки для застройки, а колхозы самовольно пришедших из других колхозов… принимают в члены колхоза. РИК (райисполком – Е.Б.) категорически запретили с/советам данную практику, т.к. она грубо нарушает Устав с/х артели». Вообще таких случаев было много, и переселенцев, переехавших не по плану, лишали налоговых льгот и положенных им выплат. А уклонявшихся от трудовой повинности по вырубке леса штрафовали на суммы в 200 рублей и выше.

По данным переселенческого отдела, всего из зоны затопления выносились 112 домов индивидуального сектора и 39 колхозных строений, и эвакуировались 113 семей.

10 памятных дат и уникальных фактов из истории села
1) в каменном веке (предположительно неолите) в окрестностях будущей Старой Грязнухи появились первые люди; полностью подтверждённые археологические свидетельства о заселении этого места относятся к эпохе поздней бронзы (II – начало I тыс. до н.э.);

2) 1674 г. – переселенцы из Нижегородского уезда основали русское село, позже известное под названием «Никольское-Грязнуха» или «Старая Грязнуха»;

3) в XVIII-XIX вв. в селе было несколько помещиков; из них выделялся представитель аристократического рода граф Пётр Иванович Панин (1721 – 1789), генерал-аншеф и сенатор, известный полководец, командовавший подавлением восстания Пугачёва и его пленением;

4) в начале XIX в. помещик Василий Иванович Поливанов выселил своих крестьян из села, новое место селитьбы располагалось в 2 км; сначала его называли «Никольский выселок», позже – «Новая Грязнуха»; старое село стало соответственно «Старой Грязнухой»;

5) главной архитектурной и духовной доминантой для жителей села была Николаевская церковь, возведённая в 1712 г. (в 1750 и 1890 гг. перестраивалась); это одна из самых ранних дат в истории сооружения храмов на территории современного Старомайнского района; в 1906 г. построен новый каменный храм; первый раз закрыт в 1930 г., взорван в 1955 г.;

6) в 1897 г. в селе были церковно-приходская школа, лавка, водяная и паровая мельницы;

7) в 1941 – 1945 гг. на фронтах Великой Отечественной войны погиб 71 житель села;

8) к 1955 г. Старая Грязнуха была полностью перенесена на более высокое место (на расстояние около 6 км) в связи с созданием Куйбышевского водохранилища, появились проблемы с водоснабжением и дорожно-транспортной доступностью районного и областного центров, что постепенно стало способствовать оттоку жителей в города;

9) в марте 2014 г. в ходе первой в истории Ульяновской области уникальной подводной экспедиции было проведено обследование акватории Куйбышевского водохранилища на месте затопленного села, в результате были обнаружены остатки фундамента Николаевской церкви;

10) из символов культурного наследия в современном Волжском можно увидеть памятник односельчанам, погибшим во время Великой Отечественной войны (1985).

Евгений Бурдин